В пьесах до XIX века ремарки почти не встречались. Указания, как двигаться по сцене, в какой манере говорить и как играть, артисты получали непосредственно на сцене.
Во многом внедрение ремарок в тексты пьес было связано с тем, что они превратились в полноценные произведения для чтения. До XIX века у пьес почти не было жизни вне театра. Когда их стали издавать, как другие сочинения, а авторы перестали быть непосредственными участниками постановочных команд, возникла необходимость отмечать в самих текстах, что должно происходить на сцене.
Долго ремарка была техническим указанием. Драматурги прописывали движения актеров по сцене, фиксировали мимическую игру, иногда внешний вид персонажей.
Ситуацию изменило формирование психологического театра. В нем ремарка стала инструментом так называемого «подводного течения» — ситуации, когда в репликах отражались одни чувства и положения, а играть артисты должны были иное.
Сильно повлиял на этот процесс
Антон Чехов. В его произведениях ремарки стали отдельной формой взаимодействия, в них были прописаны важные для понимания пьесы символы. Один из них — «звук лопнувшей струны».